«Жизнь-игра» (Грасиан)
Из всех игр какая больше всего похожа на жизнь? Однозначно — шахматы. Почему бы не играть так, чтобы жизнь стала более похожей на шахматы? Согласитесь, не только в жизни, но и в шахматах не исключено, что ради достижения цели приходится бороться не только с противником, но и со своими, мешающими двигаться вперед. В жизни, когда свои же соратники мешают достичь цели, их можно не признать и вычеркнуть из игры. Но в шахматах, как мы знаем, не так, как в жизни. Мы не можем при желании избавиться от мешающих нам своих же фигур или пешек. Спрашивается, а почему бы не избавиться от них ради победы над противником, когда в таком ходе имеется острая нужда?
На войне как на войне, все может случиться, могут подвести и свои. Шахматы — такое же неограниченное пространство, как жизнь, и не стоит ограничивать действия игроков, лучше перед ними открыть возможности, чтобы меньше появлялось безвыходных положений. Особенно это заметно во время цугцванга, когда игроки с удовольствием избавились бы от одной из своих пешек ради оживления игры, но, увы, нельзя. Как мы знаем, на шахматном поле, как и в жизни, не всегда преимущество при-надлежит тому, у кого большее количество войск. Согласитесь, порой шахматист не желает принимать жертву соперника ради своей хорошей позиции.
А почему бы не разрешить самому жертвовать свей пассивной пешкой? Не исключено, что шахматист сможет выходить из сложной ситуации или ставить противника в трудное положение с помощью самопожертвования. Или стоит мат и нет королю выхода. Почему бы не дать шанс фигуре, оказавшейся около короля, пожертвовать собой ради его спасения?
Вполне логичная и жизненная ситуация. Жизнь подсказывает, что король около своих, молча взирающих на его безвыходное положение, смотрится без здравого смысла. Логика подсказывает, что свои обязаны пожертвовать собой ради победы и чести короля. Самопожертвование в шахматной игре — это такой ход, что быть ему или не быть лучше всех ответит время. Думаю, что стремление быть ближе к жизни не должно быть в не жизни.
Годами изученные дебюты ходом одной самопожертвованной пешки дадут новый поворот игре. Представьте шахматы, где пешки играют большую, чем в обычной игре. Они могут ходить и брать, как король, за исключением хода назад. У них большое будущее, каждая из них может стать королем, достигнув последнего рубежа. Пешки станут практически более влиятельными и ценными в судьбе игры. Пешечные шахматы открывают игрокам возможность действовать в двух направлениях, они могут в зависимости от позиции менять свой план, не обращая внимания на короля противника, и достичь победы другим путем.
Для этого достаточно одну из пешек довести до звания короля.
Меняя роль фигур и пешек, мы на шахматном поле и внутри нас получаем другую жизнь, где судьба игры зависит не только от смерти короля, но и от его рождения. Пусть и в шахматах, как и в жизни, не только погибают, но и рождаются короли, кони, слоны, ладьи.
Убежден, что на шахматной сцене, как и в театре, можно ставить разные спектакли. Время подсказывает, что жители шахматного поля достаточно созрели для новых ролей. А почему бы и нет, когда перед нами — компьютерный век? Если нет охоты размышлять, пусть думает робот.
Без идей не бывает новых идей. Они порождают друг друга с помощью времени.
Время — это соавтор всех идей. И вечный зритель.

Шах-Жам
_{«Шахматы — это море, из которого пьет комар, но в нем может утонуть слон»
(автор неизвестен) И. И.}